«Семён Андреевич, здравствуйте. Вы меня, наверное, не помните. Я Гладких Виктор Петрович. В восемьдесят девятом году по вашему делу мне дали двенадцать лет. Я их отсидел, вышел в двухтысячном. Пишу не для того, чтобы ругаться. Вы посадили не того. Я знаю, кто это был. Мне от вас ничего не надо, кроме одного: чтобы вы знали. Если захотите поговорить, я сторожем на автобазе в Луговом, сутки через двое. Адрес на конверте». Письмо пришло восемнадцатого февраля две тысячи тринадцатого года, в понедельник...