Ключ вошёл в скважину наполовину и упёрся. Я вынула его, посмотрела на бородку, будто за шесть дней она могла стереться, и вставила снова. Нет. Над дверью горела лампочка, в кухонном окне за занавеской двигалась тень, а у моих ног стояли две клетчатые сумки, коробка из-под сметанных стаканчиков, перетянутая скотчем, и мой зимний пуховик, сложенный вдвое. Так складывают вещи, которые собрались кому-нибудь отдать. Тайга, Славина лайка, выбралась из будки, ткнулась мне в колени и заскулила. Радости в этом не было...