Я нашла его на кафеле. Длинный, светлый, почти прозрачный – как нитка от занавески, только тоньше. Лежал полукругом возле сливного отверстия, прилип к мокрому полу. Шесть лет. Шесть лет я находила такие волосы в нашей ванной. На полотенце, на бортике, иногда – на полу у раковины. Тонкие, светлые, чужие. В семье все тёмные. Тамара Георгиевна – тёмная шатенка, хоть и поседела давно. Денис – в мать, густые каштановые. Я сама – тёмно-русая. Чьи? Я ни разу не спросила. Потому что пока не спросила – можно было верить, что причина безобидная...