Аркадий в третий раз залил кипятком вчерашний чайный пакетик. Прижал его ложкой к краю блюдца, выдавил последнюю мутную каплю и посмотрел на меня поверх очков. – Нинок, один пакетик на двоих, мы же договаривались. Он еще дает цвет, – напомнил он. Я смотрела на коричневые разводы в кипятке. Потом глянула на выцветший узор клеенки: цветочки давно стерлись от жесткой стороны губки. Тридцать два года брака научили меня помалкивать. В молодости его привычка пересчитывать сдачу у кассы меня не раздражала...