В мире, где советский автопром диктовал свои суровые законы, а «Волга» считалась пределом мечтаний партийного функционера, существовал иной, невидимый для большинства уровень автомобильной реальности. Это была реальность, пахнущая дорогой кожей, высокооктановым бензином и запретной свободой. Её символом стал автомобиль, который в СССР 80-х годов воспринимался не просто как средство передвижения, а как событие, как вызов системе и одновременно — как её немой свидетель. Этот автомобиль — BMW E3, баварская...