Муж тайно платил матери семьдесят тысяч в месяц. Теперь он платит сыну по суду.
– Лариса, ты своему передай: пятнадцатое было в пятницу, а сегодня уже вторник. Семьдесят тысяч сами себя не переведут. Я стояла у шлифмотора с коронкой в пинцете и не сразу поняла, кто это. Свекровь звонила мне раза три в год: на Новый год, на мой день рождения и когда у Стаса садился телефон. – Какие семьдесят, Нонна Аркадьевна? В трубке стало тихо. Только телевизор бубнил что-то про обрезку смородины. – Ой. Ладно, ничего. Пусть сам перезвонит, – голос у неё сразу стал другой, казённый, как у тётки в собесе...