Субботнее утро началось не с кофе, а с тревожного звонка в дверь. Марина, успевшая только включить кофемашину, нахмурилась. Гостей они с Антоном не ждали, курьеров не вызывали. На пороге стояла золовка. Тридцатитрехлетняя Оля опиралась на ручку необъятного пластикового чемодана. Рядом громоздились еще две дорожные сумки и горшок с поникшим фикусом. Глаза Оли были красными, тушь размазалась, но подбородок она вздернула так, словно приехала заселяться в оплаченный президентский люкс. — Вадик от меня ушел, — заявила Оля, переступая порог и решительно задвигая чемодан в прихожую...