— Твоя машина слишком хороша для декретницы, отдай брату, — сказал муж, аккуратно промокая салфеткой губы после ужина. Голос у Вадима был мягким, почти заботливым. Именно таким тоном он обычно сообщал мне, что на выходные мы едем копать картошку к его матери или что семейный бюджет в этом месяце не выдержит покупки нового пуховика. — Что, прости? — переспросила я, покачивая на руках засыпающего шестимесячного Артемку. Малыш чмокнул во сне, уткнувшись носом в мое плечо, и я машинально замерла, чтобы не спугнуть его хрупкий сон...