Галина Петровна как раз переворачивала третью партию котлет, когда телефон на кухонном столе завибрировал, подпрыгивая на клеенчатой скатерти. На экране высветилось: «Павлик». Сердце у Галины екнуло нехорошо, тревожно. Павлик, ее тридцатилетний сын, в рабочее время звонил редко. Обычно они переписывались в мессенджере картинками с котами или краткими сводками: «Живы», «Поели», «Квитанцию оплатил». Звонок в три часа дня означал одно из двух: либо кого-то уволили, либо кто-то умер. — Да, сынок? — Галина вытерла жирные руки о передник, прижимая трубку плечом к уху...