— Ирина Петровна, мы же просили... Вы опять заходили, пока мы спали? Артем стоял в дверях спальни в одних трусах, почесывая заспанный живот. Вид у него был такой, словно я не цветы поливала, а совершила преступление века. А я всего лишь спасала фикус. Бенджамин сохнет, если его не опрыскивать до восьми утра, это любому цветоводу известно. Но Артему, видимо, нет. Он же у нас «в цифре» живет, там фикусы не сохнут. — У меня лейка на окне, а не под вашей кроватью, Артем, — я аккуратно поставила мокрый распылитель на подоконник...