Представьте себе ночь. Июнь 1988 года. Сарта, Франция. Воздух дрожит не от жары, а от низкочастотной вибрации, проходящей сквозь кости. Это не звук современности, насыщенный свистом турбин и визгом электромоторов. Это глубокий, утробный гул, напоминающий приближение стихийного бедствия. Так звучит сердце Jaguar XJR-9. Многие называют эту машину просто победителем. Я же вижу в ней последнего представителя вымирающего вида — эпохи, когда инженеры сражались не только секундомером, но и искусством механической симфонии...