Екатеринбург в январе – это не город, это испытание на прочность. Ветер со стороны Исети продирает до костей, а термометр в машине упрямо замер на минус двадцати пяти. Я возвращался с Уралмаша злой и выжатый, мечтая только о горячем душе. Завернул во двор на Ботанике, привычно притормозил у своего места. И тут внутри все закипело. Между старым тополем и вкопанной трубой натянута новенькая блестящая цепь. На ней – амбарный замок размером с кулак. Я вышел из машины. Снег под ботинками скрипел так, будто я иду по битому стеклу...