Створка грузового фургона с грохотом ударилась об отбойник. Металлический каркас трехметровой арки с глухим звоном лег на деревянные бруски в кузове. Максим лично перехватил стойку за центральное ребро, не обращая внимания на защитный чехол из полиэтилена, который с треском разошелся по шву. Несколько десятков крупных голубых лепестков упали на замасленный рифленый настил. — Давай, шевелись, втроем навалились и задвинули! — скомандовал Максим. Голос его звенел той противной, показной уверенностью, от которой у меня последние два года сводило зубы...