Они провели остаток дня в полуразрушенном сарае на заброшенной ферме в тосканской глубинке, куда их завела случайная грунтовая дорога. Белый фургон, спрятанный под навесом из лозы, был невидим с главной трассы. Тишина была оглушительной. Ни птиц, ни машин — только жужжание насекомых в полуденной жаре. Эта тишина была обманчивой. Каждый скрип дерева, каждый отдалённый звук мотора заставлял их вздрагивать. Они понимали, что ехать дальше днём — самоубийство. «Академия Лотоса» (или её наёмники) теперь знала их транспортное средство...