Папка с документами скользнула по полированному столу, как по льду, и замерла у самого края. Матвей Степанович молча накрыл её своей ладонью — широкой, с огрубевшей кожей и мелкими белыми шрамами на пальцах. В кабинете было так холодно от кондиционера, что хотелось застегнуть куртку. Пахло чем-то сладким, приторным — то ли дорогим освежителем воздуха, то ли духами хозяйки кабинета. За столом, который стоил, наверное, как годовой бюджет среднестатистической семьи, сидела девушка. На вид — лет двадцать пять, не больше...