— Твое место на коврике у двери! — голос Тамары Петровны звенел. В серванте жалобно задребезжала хрустальная салатница. — Собирай свои манатки. И чтобы через час духу твоего здесь не было! Антон стоял в дверном проеме кухни. Он даже ветровку снять не успел. В левом внутреннем кармане лежал плотный бумажный конверт. Картонный край неприятно колол ребро. Антон только плотнее прижал локоть к боку. Марина сидела на краю табуретки. Она дёргано мяла влажную кухонную тряпку. — Мам, ну не надо, — тихо попросила она...