— Ну конечно, на честную зарплату такую махину не купишь! Тридцать миллионов за кусок немецкого железа, ты вдумайся в эти цифры, Тань! Это же откровенный, наглый распил! Барыга твой братец, обыкновенный вор в законе, только в красивом костюме! — голос Андрея, еще полчаса назад источавший елейную сладость и родственное восхищение, сейчас звенел от неприкрытой, ядовитой злобы. Татьяна молча поставила тяжелый пакет из плотной крафтовой бумаги на колченогий кухонный стол. Их съемная однушка встретила...