Марина открыла дверь своим ключом так тихо, как открывают ее люди после ночной смены, когда в голове шумит больничный свет и хочется только добраться до ванной. В прихожей пахло чужими духами, свежим лаком для волос и почему-то жареной картошкой, хотя дома по утрам обычно пахло Сониным какао и мокрыми варежками на батарее. Она сняла кроссовки, поставила сумку у комода и сразу заметила детские кеды дочери не там, где Соня их всегда бросала. Маленькие сиреневые кеды стояли у раскладного кресла в гостиной, а рядом на полу лежал любимый плюшевый заяц с оторванным бантом...