– Твой Вадим опять в мазуте припрётся, только стулья нам испачкает, – Наталья громко, на всю комнату, постучала дорогой помадой по зеркалу. Десять гостей за столом дружно замолчали, разглядывая поминальные пироги. Дядя Борис кашлянул в кулак и отвернулся к окну. Шёл сороковой день после похорон деда. Мы сидели в его старой городской квартире, но все разговоры с самого утра крутились вокруг бревенчатого дома у озера. Большого, крепкого, с собственной пристанью. – Он работает, Наташа, – тихо сказала я, не поднимая глаз от тарелки...