– Этот ребенок не твой, Саша. Можешь не смотреть на меня так. Алла стояла у окна кухни и ковыряла пальцем старую краску на подоконнике. Было раннее утро субботы. Из коридора доносился гул стиральной машины – она никак не могла завершить отжим. На столе остывала яичница, приготовленная на двоих пять минут назад. Я замер на табурете. Внутри все мгновенно окаменело, а пальцы сами собой сжались в кулак. Мысли не путались – пришла тяжелая, трезвая злость. Передо мной стояла совершенно чужая женщина. – Чей? – спросил я...