— Ты же понимаешь, им нужнее. Мать сказала это через закрытую дверь. Не открыла, не выглянула в глазок. Просто сказала, как говорят про лишнюю табуретку, которую пора отдать соседям. Нина стояла на площадке четвёртого этажа с дорожной сумкой в одной руке и ключами в другой. Ключ входил в скважину наполовину и упирался. Она вытащила его, посмотрела на зубцы, будто они могли всё объяснить. Вставила снова. Тот же упор. Тогда она нажала на звонок, и он ответил чужой птичьей трелью. Её звонок был другой, одиночный и сухой...