— голос Михалыча дребезжал, как глушитель старого «Москвича». — Не трогал я твой ключ, Михалыч. Он на верстаке лежал, под мотком синей изоленты, — ответил Андрей, не поднимая головы из-под капота вишневой «девятки». — Сам вчера туда положил, когда фару регулировал. — А вот и не лежит! Вон, гляди, только тряпки промасленные да банка из-под шпрот с шайбами. Молодежь, глаз да глаз за вами... — Да повернуться надо было на пол-оборота, дед. Вон он, на батарее остывает. Ты им утром кран стравливал, забыл?...