Раиса Павловна задула свечи с третьей попытки. Семьдесят три. Лёгкие уже не те. Внук Тёмка захлопал первым, громко и невпопад, как умеют только маленькие дети. За ним подтянулись остальные. Я тоже хлопала и улыбалась, а в голове крутилось: салат оливье подсох, надо было накрыть плёнкой. Так устроена моя голова. Пока вокруг праздник, я думаю про плёнку. – Ну, Геночка, скажи тост! – Раиса Павловна повернулась к моему мужу и положила сухую ладонь ему на руку. Гена встал. Рубашка свежая, та самая голубая, которую я погладила утром...