Дорога от Твери до нашего загородного дома всегда была для меня своеобразным ритуалом очищения. Сорок минут по трассе, потом съезд на гравийку, поворот у старого дуба — и городская суета, пыль архивов, где я работаю, бесконечные отчеты и чужие судьбы, запертые в папках, оставались позади. Мне сорок шесть лет, и последние десять из них этот участок был моим единственным настоящим убежищем. Мой муж, сорокадевятилетний геодезист Платон, вел машину молча, привычно барабаня пальцами по рулю. Мы не были здесь ровно два месяца...