Москва, февраль 1994 года. Снег за окном управления на улице Шаболовка, дом 6, казался серым от бесконечной гари Садового кольца. В кабинете, где из мебели были только два стула и стол, заваленный изъятыми «вальтерами» и «ТТ», сидели двое. — Смотри, майор, — старший оперуполномоченный, лицо которого состояло из одних острых углов, подвинул по столу фотографию. На снимке улыбался человек в малиновом пиджаке на фоне казино. — Это не просто барыга. Это касса «ореховских». Завтра он повезет общак в Мытищи...