Глина на круге вела себя послушно, пока снаружи не загремели тяжелые железные ворота. Маргарита Петровна не стала дергаться, лишь убавила нажим влажных пальцев, плавно довела верхний край вазы до ровной круглой кромки и только потом сняла ногу с педали. Электрический мотор глухо затих. В мастерской остался только сухой треск остывающей после вчерашнего обжига муфельной печи. Входная дверь распахнулась без стука, впустив сырой октябрьский сквозняк. На пороге стоял Кирилл. Куртка нараспашку, на кроссовках...