— Ты опять тратишь деньги моего сына! — звонкий, скрежещущий голос Тамары Васильевны взвился над кассовой лентой, перекрыв шум торгового зала и мерный писк сканера. Она нарочито скривилась, оглядывая застывших в очереди людей, словно призывая их в свидетели чудовищного преступления. На ленте меж тем громоздилась внушительная гора: две упаковки охлажденного норвежского лосося, баночка икры, сыр с благородной плесенью, который свекровь лично выискивала на нижних полках минут двадцать, свежая спаржа,...