Скрежет тяжелого навесного замка, лязг металлических ворот и густой, бьющий в нос запах сырости, отработанного масла и бензина. В хрущевках и брежневках личного пространства у человека почти не было — каждый квадратный метр делился с семьей, тещей и бытом. Гараж в ГСК становился единственной легальной автономией. Сюда покупался входной билет в виде «Жигулей» или «Москвича», но сама машина быстро становилась лишь официальным предлогом. Внутри бетонного бокса разворачивался совершенно иной жизненный уклад...