— Тамара, ну зачем ты это всё хранишь? Выбросить давно пора. Геннадий стоял на табуретке, придерживая дверцу антресоли одной рукой, а второй передавал вниз коробки, перевязанные бельевой верёвкой. Пыль летела так, что кот Филимон чихнул и ушёл на кухню с видом оскорблённого дипломата. Тамара принимала коробки и складывала на диван. Пятьдесят шесть лет, двадцать восемь из них замужем за Геннадием, и все двадцать восемь он называл антресоли «кладбищем ненужных вещей». А она называла их «памятью». И...