— Зина, ты сядь пока вон туда, у колонны. Там потише, и платье не помнёшь. Аркадий сказал это тем тоном, каким обычно ставят вазу подальше от края стола: вроде бы заботливо, но с расчётом, чтобы не мешалась под рукой. Я сразу такие интонации слышу. За много лет слух у Зинаиды Павловны стал профессиональный: она по паузе в голосе понимала, когда родственник скрывает диагноз от матери, а когда муж скрывает от жены собственную неловкость. Утром, ещё дома, он уже дважды прошёлся по комнате с видом человека, который организует не юбилей, а Ялтинскую конференцию в отдельно взятой квартире...