— Ты родила мне дочь, а не сына, так что извини, наследства не будет. Эти слова он сказал в роддоме. Через два часа после того, как я очнулась от наркоза. Я ещё не могла нормально говорить, губы слиплись, в вене торчала капельница. А он стоял у кровати, держал за спиной букет, который так и не достал из целлофана, и смотрел на меня с таким выражением, будто я подсунула ему бракованный товар. — Ты чего? — прошептала я. — Это же ребёнок. Наша дочка. — Вот именно. Дочка. Он развернулся и ушёл. Букет бросил на тумбочку медсестры...