На застеклённой веранде, залитой тусклым осенним светом, разворачивался не просто разговор — в воздухе витало напряжение, будто сама тишина была готова треснуть от тяжести невысказанных претензий. За круглым столом сидели трое, и каждый из них по-своему ощущал груз момента. Пустая чашка, резко поставленная на блюдце, отозвалась коротким, резким звоном — словно первая нота в неприятной мелодии, которую предстояло дослушать до конца. Ещё полгода назад здесь царила совсем иная атмосфера: Николай Петрович,...