От любви "важного человека" ломило все тело. Алина подумала о маме, и слезы тут же выступили на глаза. Эта ненавистная дача, этот ужасный человек... "Не горюй, ты, считай, уже в Большом театре", - усмехаясь, сказал Георгий Федорович. Алина и представить не могла, что ее мучения только начинаются... Дача писателя и драматурга Константина Кривошеина была хорошо известна в подмосковной Валентиновке. Двухэтажный деревянный дом привлекал внимание не столько своим внешним обликом - изящным, но довольно обыкновенным, - сколько постоянным движением и шумом вокруг него...