Он вышел на сцену с чужой гитарой, а в третьем ряду человек в сером пиджаке поставил на стул магнитофон и щёлкнул клавишей записи. Харьков, шестьдесят первый год. Зал набит так плотно, что в проходах стоят, а на подоконниках сидят, свесив ноги во двор. Устроил всё это Лев Яковлевич Лившиц, харьковский литературовед и театральный критик, который года два подряд рассказывал знакомым про московского поэта с гитарой и в конце концов выпросил зал. Считается, что это был первый официальный вечер авторской песни в Советском Союзе...

Не знаю, как вы, читатели, а я так с удовольствием читаю литературную страницу нашей районки. И захотелось мне принять в ней некоторое участие. Нет, не своими стихами (я их вовсе не пишу), а своими рассуждениями о стихах. Наш век на земле быстротечен, и тесен назначенный круг. А он неизменен и вечен поэта неведомый друг,– писала Анна Ахматова. И мне хочется, чтобы у поэта, о котором я вам поведаю, было как можно больше таких друзей. Он достоин этого. Поэт милостью Божьей – Булат Шалвович Окуджава (1924–1997)...