Очередь у гастронома занимали затемно, часов с пяти утра. Женщина в синем пуховике сжимала в кулаке талоны на сахар, на мыло, на стиральный порошок и боялась что не успеет отовариться. К полудню продавщица вынесла картонку с кривой надписью «Масла нет», и толпа выдохнула разом, а кто-то в хвосте заплакал. Стоял обычный будний день 1990 года. И это была не блокада и не война, а столица страны, которую весь мир считал второй экономикой планеты. — Что дают-то? — окликали из хвоста. Стоявшая впереди женщина обернулась, поправила платок...