Роман «Воскресение» принято носить на руках, как икону: мол, совесть, суд, нравственность, Россия и спасение. А если смотреть не на нимб, а на бумажки — «Воскресение» внезапно напоминает первый большой литературный проект, собранный по правилам рынка: права, тарифы, аванс, дедлайны, площадка, модерация и борьба со «сливами». Лев Николаевич, конечно, отрёкся от собственности и проповедовал опрощение — но когда дело дошло до публикации, вдруг выяснилось, что граф прекрасно понимает разницу между эксклюзивом и общим доступом...