Элли безутешно плакала, закрыв лицо руками. В комнате послышались тяжёлые шаги Железного Дровосека. – Я побеспокоил тебя! – смущённо спросил Дровосек. – Я понимаю, что тебе не до меня, ты сама расстроена, но видишь ли, мне хочется поплакать о Гудвине, а некому вытирать мои слёзы: Лев сам плачет на заднем дворе, а Страшила – правитель, и неудобно беспокоить его по пустякам. – Бедняжка!.. Элли встала и, пока Дровосек плакал, старательно вытирала слёзы полотенцем. Когда же он кончил, то очень тщательно смазался маслом из драгоценной маслёнки, поднесённой ему мигунами...