Пятьдесят пятый год. Ему только семнадцать. Взгляд — ещё не «высоцкий», не тот, надрывный, с прищуром, который мы знаем по десяткам фотографий из «Таганки». А какой-то мальчишеский, с надеждой. Военная выправка, но с затаённой тоской по дворовой романтике. Мы привыкли видеть Высоцкого — с гитарой, хриплым голосом, разрывающим тишину зала. А здесь он просто Вова. Выпускник школы. Парень с Большого Каретного. Судьба того самого семнадцатилетнего парня с фотографии 1955 года оказалась стремительной и яркой, как вспышка...