А может быть, останусь жить? Как знать, как знать? И буду с радостью дружить? Как знать, как знать? А может быть, мой черный час не так уж плох? Еще в запасе счастья часть, щепотка крох... Еще осталось: ночь, мороз, снегов моря и безнадежное до слез — «Любимая!». И этот свет, на краткий миг, в твоем лице, как будто не лицо, а лик в святом венце. И в три окна, в сугробах, дом — леса кругом, когда февраль, как белый зверь, скребется в дверь...