Имя великого петербургского трагика Василия Каратыгина (1802-1853) вошло в историю русского театра как символ холодной, рассудочной актёрской игры, которую исследователи долгое время противопоставляли прекрасным романтическим порывам московского соперника — Павла Мочалова. Однако современное театроведение опровергает эту искусственно созданную и впоследствии навязанную оппозицию. Конечно, "любимцы Мельпомены", как называли Каратыгина и Мочалова современники, были очень разными — по фактуре, индивидуальности, приёмам и манерам...