Дверь старой квартиры на третьем этаже распахнулась. Антонина Васильевна, вытирая руки о кухонное полотенце, вышла в прихожую, готовая отчитать сына за то, что он опять забыл купить хлеба. Но слова застряли у неё в горле. На пороге стоял её двадцатипятилетний сын, Олег. Лицо его светилось от какой-то безумной, мальчишеской решимости. В правой руке он держал тяжелую дорожную сумку, а левой крепко сжимал ладонь молодой незнакомки. Рядом с девушкой, испуганно прижимаясь к её ноге, стояла маленькая девочка лет пяти в старенькой одежде и с большими, как пуговицы, серыми глазами...