Мы подъезжали к Грозному ночью, и я, любопытствуя, прилипла носом к окну. Там сияли огни большого города, чего отродясь не замечалось по ночам в том маленьком северном городке на Волге, где я жила до сих пор – хорошо, если один фонарь горел на всю улицу. Ночной Грозный поразил воображение тринадцатилетней девочки из глухой русской провинции так, словно это был залитый огнями Париж. Но тут же и тревога: вдали в темное небо взвивались, медленно отрываясь от земли, огромные языки пламени и растекались над горизонтом зловещими багрово-лиловыми пятнами...