Заметно, что Ремарк — писатель одного приёма. И приём этот, надо отдать должное, отработан до автоматизма. Париж 1938-го, город, где пахнет жареными каштанами и скорой войной, но герои упорно делают вид, что второй акт трагедии их не касается. Главный нерв здесь не сюжет — он, как всегда у Ремарка, предсказуем до зевоты: беглый немец-гений (обязательно врач или интеллектуал), мучительная любовь к никчёмной женщине, алкоголь литрами, сигареты, ночные бдения, финальный выстрел или операционный стол...