Вот как оценил свое положение сам сенатор в разговоре с сестрой Антонией: «…Как часто бывает, что внешние, видимые, осязаемые знаки и символы счастья, расцвета появляются тогда, когда на самом деле все уже идет под гору. Для того чтобы стать зримыми, этим знакам потребно время, как свету вон той звезды, – ведь мы не знаем, может быть, она уже гаснет или совсем угасла в тот миг, когда светит нам всего ярче…» Сенаторство и новый дом и послужили этими зримыми знаками надвигающегося упадка. Были и еще какие-то усилия сенатора по поддержанию жизни в самом себе, чисто рефлекторные и безрезультатные...

Констатируем факты: Антония не может выйти замуж за Мортена, сына лоцмана, а Томас не может жениться на Анне, продавщице. По причине, так сказать, сословных предрассудков. Свежая кровь не потекла в жилы Будденброков, а собственного запаса жизненных сил оказалось недостаточно для ежедневной изнуряющей борьбы за место под солнцем. По мне, так это и было началом конца. В жены следует брать молодых, горячих красавиц, способных плодоносить, а не рафинированных утонченных любительниц изящных искусств; на такой и женился Томас...

Основательное произведение, и принадлежит, безусловно, к тяжелой весовой категории. Не «Война и мир», конечно, но довольно близко. Повествование движется не спеша, постепенно, от страницы к странице, от главы к главе, от эпизода к эпизоду, набирает обороты, силу и глубину; самые мощные и проникновенные, «нервические», сцены ожидают нас ближе к концу, такие, например, как отход в мир иной старой консульши, или безобразная ссора ее сыновей, родных братьев, над телом матери, или прощание с покойной...