У Б. Кустодиева нет карусели. Она ему и не нужна: справа уже закружился хоровод, гармонист растянул мехи, девушки подхватили ритм. Человек сам становится аттракционом — своими ногами создаёт движение, собственным голосом и музыкой отгораживает праздничный день от остальных. Через несколько лет на английских полотнах людей начнут кружить деревянные лошади и электрические механизмы. А у Робера Делоне карусель разгонится так сильно, что почти вытеснит с картины ярмарку, небо и человеческие лица. В этих работах постепенно меняется сама природа веселья...