Две легенды советского экрана лежали в одной больнице — буквально на одном этаже. Овации давно отгремели. Вместо них — тягучая тишина коридоров и глухое молчание за стеной. Вера Петровна передавала через медсестёр записки. Потом пошли в ход роскошные букеты. Она просила прощения, объясняла, что всё вышло нечестно, пыталась навести мосты так же упрямо, как всю жизнь добивалась своего на сцене. Соседка за стеной смотрела на эти жесты с фирменной холодной усмешкой. — Уберите. Унесите это обратно. Цветы возвращались с такой ледяной аккуратностью, словно исходили от совершенно постороннего человека...