Свой сорок первый день рождения я отмечать не хотела. Последние восемь месяцев любое слово «праздник» казалось издевательством. Мой девятнадцатилетний сын Миша числился пропавшим без вести, а я жила между звонками, запросами, военкоматами и надеждой, которую остальные родственники постепенно начинали считать болезненной. Олег уговорил меня приехать в ресторан. — Тебе нужно хоть ненадолго отвлечься. — Пока сын не найден, я не могу отвлечься. — Кира, ты себя уничтожаешь. В итоге я сдалась. Не ради себя — ради матери, сестры, друзей и мужа, которым хотелось сделать вид, что жизнь продолжается...