Для него и его актёров тексты не были прямым руководством к действию — они лишь служили поводом, метафорой, на основе которой выстраивался новый психофизический опыт. Сохраняя акцент на телесности исполнителей, превращая действие в настоящий ритуал, режиссёр подвергал исходные произведения искусства кардинальной переработке: разрывал линейный сюжет — отныне его течение подвергалось ассоциативному течению, а не логике повествования. При этом постепенно литература уходила из театра Гротовского — таким...