Дверь в квартиру была не заперта, но открывать её не хотелось. Интуиция, отточенная годами брака и борьбы за личное пространство, орала сиреной воздушной тревоги. Из глубины коридора доносились звуки, от которых у любой нормальной матери волосы встают дыбом: безутешный, захлебывающийся плач ребенка и восторженный, почти маниакальный голос свекрови. Катя сбросила мокрые от осеннего дождя ботильоны, бросила сумку на пуф и прошла в гостиную. Картина маслом. На диване сидел семилетний Димка, размазывая по лицу сопли вперемешку со слезами...