2 дня назад
— «Лидия Верейская», — прочитала я на старой афише из бабушкиного сундука. На фото — женщина, удивительно похожая на меня. О ней в семье мол
Сундук стоял в дальнем углу кладовки. Мира видела его всю жизнь — деревянный, тёмный, с медными уголками. В детстве думала, что там сокровища. Потом перестала думать о нём вообще — просто часть бабушкиного пространства, как кресло у окна или шкаф с вязаными кофтами. Бабушка Лида умерла в октябре. Тихо, во сне — семьдесят восемь лет, долгая жизнь. Разбирали вещи постепенно — мама приезжала, Мира помогала. Одежда, посуда, книги. Сундук оставили напоследок. В субботу Мира открыла его одна. Сверху — лоскутное одеяло, ещё материнских рук работа...